Зимин Александр Иванович

Очерк «Брат за брата»

Прохорова Ольга Андреевна,
учащаяся 10 А класса
МАОУ гимназии №2

Брат моего прадедушки Зимин Александр Иванович родился 27.08.1925 года в селе Шава Кстовского района Нижегородской области. После школы окончил Казанское артиллерийское училище и был направлен на фронт 9 января 1943 года (Приложение 1).
1 марта 1944 года Александр прислал с фронта письмо родителям, в котором написал, что пока жив и здоров, передал привет своим родным. Так же прислал письмо своему брату, моему прадедушке, который в это время учился в Грузии, в Цнорисцхальском летном училище. Он написал, что завтра идут в бой бить фрицев (Приложение 3).
Через несколько дней прадедушка получил еще один конверт-треугольник. В нем товарищ сообщал, что Сашу убили, и обещал после войны заехать в Шаву, но так и не приехал... Наверное, этот же товарищ, Гвардии старший лейтенант, Кортаков Иван Петрович, прислал письмо от 19 марта 1944 года в Шаву, адресовал его сестре Александра, Марии Ивановне, чтобы та могла подготовить родителей. В письме он сообщил о том, что ее брат героически погиб в борьбе с немецкими оккупантами за нашу Советскую Родину. Похоронен он в Калининской области Пустошкинском районе деревне Денисово. В письме была фотография Александра (Приложение 5).
Два года назад мы с папой на сайтах «Подвиг народа» и «Мемориал» стали искать информацию об Александре Ивановиче.
Нашли приказ от 22 марта 1944 года о награждении командира пулеметного взвода 77 Гвардейского стрелкового полка Гвардии младшего лейтенанта Зимина Александра Ивановича орденом «Красной Звезды» (Приложение 4).
В наградном листе написано: «11 марта 1944 года в районе д. Горки Калининской области со своим взводом огнем станковых пулеметов уничтожен расчет орудий противника, орудие забрал в исправности. Мелким огнем пулеметов обеспечил продвижение вперед своей роты, уничтожив не менее взвода пехоты противника. Сам товарищ Зимин уничтожил восемь солдат и одного унтер-офицера противника, 4 солдат захватил в плен» (Приложение 2).
Моя бабушка обращалась в администрации Псковской и Тверской областей с просьбой найти место захоронения Александра Ивановича, так как деревень с названием Денисово там обнаружилось 6 штук. И пришло письмо из Военного Комиссариата Псковской области о том, что имя Гвардии младшего лейтенанта Зимина Александра Ивановича внесено на воинское захоронение деревни Сергейцево Пустошкинского района Псковской области.
Александр Иванович был смелым и отважным, в свои 18 лет он геройски погиб, защищая нашу Родину от фашистских захватчиков. Наша семья гордится им и чтит его память. Мой прадедушка говорит, что сражался на фронте и служил в армии после войны за себя и за своего брата.
Мой прадедушка, Зимин Николай Иванович, родился 5 ноября 1920 года в селе Шава Кстовского района Нижегородской области. Его отец в начале жизни занимался крестьянством, потом работал на водном транспорте на реке Волга. Прошел все должности от матроса до начальника пристани. В последнее время работал на пристанях: Мариинский Посад, Гнилицы, Катунки, Кадницы и закончил службу в Великом Враге. Был честным, трудолюбивым и сильно верующим человеком. Его мать всю свою жизнь отдала на воспитание девятерых детей. Награждена медалью Материнства. Была очень доброй, тихой и скромной женщиной.
Николай окончил Кадницкую среднюю школу, и в 1939 году был призван в Советскую армию в лыжный пехотный батальон в город Кострому, через год переведен в Московскую пролетарскую дивизию. Участвовал в парадах на Красной площади в1940 году и в майском в 1941 году. 16 июня 1941 года был зачислен в Сталиногорское летное училище. В конце сентября 1941 года переведен в Батайскую Истребительную школу. Закончил Цнорисцхальское летное училище и Руставскую истребительную школу. Летал на самолетах УТ-2, И-16, ЯК-7, «Кобра», ЯК-17, МИГ-15. Весной 1945 года полк, в котором служил Николай, был переведен на Запад Германии, недалеко от города Дрезден, а затем в Австрию в город Штеккерау и был зачислен в дивизию Покрышкина.
В своих мемуарах прадедушка пишет:
«Нет более интересной, насыщенной и более трудной профессии, чем профессия летчика-истребителя. При исполнении любых должностей нет той усталости, как при выполнении лётной профессии, нет той страсти, того риска, как при выполнении полётов, нет, конечно, и того наслаждения, ко¬торое лётчик испытывает при выполнении фигур высшего пилотажа.
В городе Эйзенштадт лётная работа била ключом. Мы летали и днём и ночью, и парами, и звеньями, и в составе эскадрильи, и в составе полка. Летали и в простую и сложную погоду. Ночью ходили по маршруту и отрабатывали упражнения выхода самолёта из ослепляющих тебя лучей прожектора. Садились с фарами и в лучах прожектера. Все эти элементы интересны, требовали больших усилий, смекалки, мужества и исключительной внимательности. Этот период в течение нескольких лет был самым напряженным, самым насыщенным, самым интересным, и в то же время самым опасным периодом в моей жизни.
В один из лётных дней я вылетел первым на выполнение задания. Летали мы в первую смену одиночками. Вначале выполнил я бомбометание по кругу с высоты 1200 м, потом отстрелялся по конусу, выполнил сложный и высший пилотаж, доложил о выполнении задания и стал возвращаться на аэродром. Всё получилось хорошо. Настроение было приподнятое.
Подлетел к аэродрому, вошел в малый круг, перед третьим разворотом попросил разрешение на посадку. Посадку разрешили. Сделал я третий разворот, прибрал газ и перевёл самолет на планирование. Перевёл тумблер шасси на выпуск, сделал четвертый разворот, выпустил щитки-закрылки и пошел на посадку. Расчёт отличный. Всё хорошо.
Однако финишер интенсивно даёт красные и желтые дымовые ракеты. Я посмотрел на скорость, проверил расчёт на посадку, всё нормально. С КПП никаких команд не поступает. Игнорирую красные ракеты, запрещающие посадку, продолжаю посадку.
Самолет летит низко над взлётно-посадочной полосой, пролетел «Т», пролетел последний ограничитель, вот-вот должен коснуться бетонки. Я, как заколдованный, продолжаю посадку, И тут впереди я увидел на бетонке тень своего самолета. Шасси не были выпущены. Продолжая посадку, даю плавно, но энергично газ, думая только о том, чтобы не захлебнулся мотор и чтобы самолет не коснулся бетонки. Мотор вышел на полные обороты, самолет начал набирать скорость и стал плавно отходить от земли.
Хорошо то, что солнце светило сзади. Если бы не тень самолёта и не раннее утро, оборвалась бы моя молодая жизнь. Самолет набрал высоту, я убрал щитки-закрылки и пошел на второй круг. Произвёл посадку и зарулил на стоянку. Спасибо солнцу, что оно спасло мне жизнь.
Упоённый отличным выполнением задания я ослабил внимание к выполнению полёта, короче говоря, зазнался, и допустил в этом полёте целый комплекс ошибок, из-за которых чуть было, не поплатился жизнью. Самая главная ошибка, что после уборки шасси при взлёте, я не поставил тумблер шасси в нейтральное положение. Если бы я это сделал, последующих ошибок не было бы…
По приказу Главкома каждый лётчик ежегодно должен делать два прыжка с парашютом. И вот в один из дней назначили прыжки с парашютом с самолёта ПО-2 с высоты 800 м. Я уже имел несколько прыжков и на этот раз решил раскрыть парашют не сразу после покидания самолёта, а после того, когда я пролечу 400 м.
На земле я рассчитал, что должен раскрыть парашют после покидания самолёта через десять секунд. Считать надо не один, два, три..., а 21, 22, 23,...,30. После счёта 30 выдернуть кольцо и раскрыть парашют. Естественно, о своей затее я никого не предупредил.
Я не знаю, как другие, я же перед покиданием самолета каждый раз волновался и всегда думал: «А вдруг парашют не раскроется?» Хотя, каждый лётчик свой парашют укладывает сам, его контролирует инструктор. И всё равно самостоятельная и под контролем укладка парашюта, волнения не устраняла.
Я завидовал тем лётчикам, которые уже прыгнули. Подошла и моя очередь. Я надел основной парашют за спину, а запасной - на грудь. Сел в кабину самолета и мы полетели. Когда тебя поднимают на самолёте, чтобы ты сделал прыжок, испытываешь странное чувство. Обычно, когда летаешь, сам о высоте не думаешь, и она у тебя никакой тревоги не вызывает. А тут, по мере набора высоты и приближения её к высоте 800 м., волнение сильно возрастает.
И вот самолёт набрал высоту 800 м. Лётчик прибрал плавно газ, перешел на планирование и подал команду: «Приготовиться». Неуклюже я вылез из передней кабины, мешали парашюты, и спустился по крылу к лётчику, сидевшему во второй кабине, и взялся левой рукой за борт кабины, а правой, на всякий случай, за кольцо парашюта и сказал: «Готов». Лётчик подал команду: «Пошел!»
Не задумываясь, я шагнул вперёд и с тревогой и в то же время радостью почувствовал свободное падение. Я начал про себя считать: 21, 22, 23,...Считая, я заметил, что я не падаю, как раньше, солдатиком, а кувыркаюсь с головы на ноги. Продолжая счет, я силился вспомнить в какой момент я должен выдернуть кольцо парашюта? Если дёрнешь кольцо не во вовремя, то можно запутаться в куполе парашюта.
Досчитал я до 30, продолжал кувыркаться и никак не мог вспомнить, в какой же момент я должен дёрнуть за кольцо парашюта. Земля приближалась быстро. Наконец вспомнил, я должен выдернуть кольцо в тот момент, когда буду находиться вверх ногами, т.е. тогда, когда я увижу горизонт. Как только увидел горизонт, дёрнул за кольцо. Парашют раскрылся в тот момент, когда я находился вверх головой. Всё получилось по расчёту, как задумал. Высота была около 150 метров. Я поправил лямки, сдвинул их ближе к коленкам, развернулся лицом по ветру и стал ждать встречи с землей.
Перевёл взгляд на землю, к моему месту приземления бежали офицеры, а впереди них ехала скорая. Сам я ещё не успел напугаться, а на земле, видя, что я так долго падаю, считали, что дела у меня плохи. Я же никому не сказал, что буду делать затяжной прыжок.
Когда я приземлился, ко мне подошел командир и спросил: «Что же случилось, что так долго не раскрывал парашют?» Я ответил, что попал в кувыркание и соображал, в какой момент нужно дёрнуть за кольцо, чтобы не попасть в купол парашюта. Командир сказал: «Вам не нужно соображать. Как только отделился от самолёта и почувствовал свободное падение, так и дёргай за кольцо. В противном случае, если будешь соображать, можешь оказаться в земле». Присутствующие весело засмеялись. Я только не понял, над моим глупым ответом или над острым ответом командира.
После этого случая я никогда не делал затяжных прыжков. Хорошо то, что всё кончилось благополучно и хорошо то, что я не выдернул кольцо, когда попало. Я не потерял самообладание и действовал в этой сложной для меня ситуации не только грамотно, но и хладнокровно. Стоило мне растеряться и дёрнуть за кольцо, когда попало, могла оборваться моя жизнь. Хладнокровие меня спасало уже не первый раз. Это я объяснял везением и говорил себе, что я родился в рубашке.»
В декабре 1946 года Николай получил отпуск и поехал в Советский Союз к родителям с единственной целью, чтобы жениться (Приложение 6).
Моя прабабушка, Надежда Васильевна Маврина, очень понравилась Николаю. Она была веселая, красивая, среднего роста, почти круглолицая, глаза серые, как у кошки; темные волосы, заплетенные в две большие косы, которые висели по бокам почти до самых колен; небольшой нос слегка вздернут, взгляд ласковый. Ее и без того красивое лицо, украшала родинка на левой щеке.

Свадьбу наз¬начили на 21-ое декабря. Пешком сходили в Работки и зарегистрировались. Это было тяжелое послевоенное время, поэтому свадьба была скромной, но шумной и веселой. Песни пели и плясали до утра.
Через два дня после свадьбы, Николай уе¬хал в свою часть в Австрию. Летом 1947-го года Надя приехала в Австрию к мужу. С тех пор они стали делить все беды и радости пополам. В 1948 году Николай поехал в Ленинград поступать в Ленинградскую Краснознаменную Военно-воздушную Инженерную Академию (ЛКВВИА) имени А.Ф. Можайского, а Надя поехала в село Шаву, где в июле у нее родилась дочка Наташа. Николай поступил в Академию. И вся семья перебралась в Ленинград. В апреле 1954 года родилась вторая дочка Таня.
В 1955 году Николай успешно закончил Академию, сдал госэкзамен, и был распределен на должность инженера авиационной эскадрильи в город Лиманск. который расположен северо-восточнее города Одессы. Все семейство перебралось в городок Лиманск, где Наташа пошла в первый класс. Через год Николай был назначен инженером авиационной эскадрильи в бомбардировочный полк в город Вознесенск. Еще через год - начальником технико-эксплуатационной части (ТЭЧ) бомбардировочного полка (БАП) в город Червоноглинск. Семья переехала в город Арциз. В 1958 году Николая назначили старшим инженером авиационного бомбардировочного полка, заместителем командира по инженерно-авиационной службе.
Наступил 1961 год. По решению правительства начали расформировывать авиационные части. Николаю пришлось согласиться идти в ракетные войска на должность заместителя начальника бригады, и вся семья перебралась в город Балту. В 1963 году Николая назначили начальником бригады.
Как и большинство жен офицеров, Надя не работала по причине того, что негде было работать. Надя занималась воспитанием дочек, Наташи и Тани, вела домашнее хозяйство. Кроме этого, выполняла большую общественную нагрузку, работала председателем женсовета части, в задачу которого входило: организация проведения праздников и банкетов, организация выездов семей офицеров на природу в выходные и праздничные дни, улаживание всевозможных неурядиц в семьях, принятие участия в распределении жилья. Все ее очень уважали и любили. Пела в хоре, участвовала в самодеятельности, танцевала лучше всех. Окончила курсы кройки и шитья. Обшивала всю семью.
В 1967 году Николай демобилизовался. Вся семья вернулась в город Горький. Наташа поступила в медицинский институт, стала детским врачом. Таня поступила в строительный институт, стала инженером, работает в институте «Метропроект».
Николай Иванович стал работать Начальником бригады ОКБ Горьковского авиационного завода имени Серго Орджоникидзе (ГАЗИСО).
В 1987 году Николай Иванович ушел на пенсию, и они вместе с женой, Надеждой Васильевной, переехали в село Шаву. Николай Иванович развел сад, в котором около 30 яблонь, груши, виноград разных сортов, он сам их прививает, ухаживает. Выращивает баклажаны, перец. Надежда Васильевна заведует томатами и всеми другими овощами. В огороде всегда образцовый порядок, а ухоженные грядки радуют глаз.
Прадед - заядлый рыбак, охотник, грибник. Увлекся плетением из лозы, сплел больше 30-ти корзин. Каждое утро он начинает с 2-хчасовой зарядки, которую сам разработал. Вечерами играет на пианино, на аккордеоне. Очень любит петь русские народные песни.
Прадедушка - неугомонный труженик. Он все время что-нибудь придумывает, проектирует, планирует.
Нашего прадеда все уважают. Многие соседи, знакомые приходят к нему за советом, за помощью.
Каждое лето мы с сестрой Дашей и братом Егором проводим в селе Шава на свежем воздухе у прабабушки и прадедушки. Прадед учит нас писать красивым почерком, играть в шахматы, шашки, учит говорить по-английски, по-немецки, рассказывает истории из своей жизни. А прабабушка читает нам сказки и печет очень вкусные пироги и ватрушки.
Каждые выходные все наше большое семейство едет в Шаву, где нам всегда рады. За большим столом собирается вся наша дружная семья.
Вот уже 68 лет Николай Иванович и Надежда Васильевна живут вместе душа в душу, относятся друг к другу с огромной любовью и уважением. Их жизнелюбию, активности, терпению, силе воли можно только позавидовать.
Я их очень люблю и горжусь ими.